Home » Краткие содержания » Манн Т. » Краткое содержание Волшебная гора (Томас Манн)

Краткое содержание Волшебная гора (Томас Манн)

Касторп Ганс — «человек весьма заурядный, балованный сынок из богатой гамбургской семьи и средней руки инженер» — такую характеристику дал главному персонажу романа Томас Манн в докладе «Введение к «Волшебной горе» (1939). Правда, двадцатилетнему герою с самого начала свойственны также некоторое хитроумие и тяга к познанию.

Но они были явно недостаточными для тех моральных, духовных и чувственных похождений, в какие он пустился, попав на Волшебную гору. К. Г. приехал в горный санаторий Берггоф на три недели навестить своего больного туберкулезом двоюродного брата Иоахима Цимсена. Он остался там на семь лет, причиной чему стала не только его любовь к русской красавице Клавдии Шоша, но и основания более общие. Этот «безобидный простак», к тому же склонный блюсти усвоенную с детства благопристойность, оказывается способным, будучи помещен в «испытательную колбу» высокогорного заточения, с новой остротой воспринять жизнь, предстающую здесь в необычном, провоцирующем на размышления обличье. Праздное существование обитателей санатория отмечено подчеркнутым биологизмом.

Устрашает обилие яств, с жадностью поглощаемых полуживыми людьми, устрашает царящая здесь взвинченная эротичность. С почти нескрываемым любопытством К. Г. приглядывается к болезни и смерти. Он думает о рождении, смене поколений (главы, посвященные воспоминаниям о дедовском доме и купельной чаше), читает книги о системе кровообращения, строении кожи и т. д. Постепенно он поднимается «к той разновидности гуманизма, который не отвергает мысль о смерти и все темные, таинственные стороны жизни, не пытается с рационалистическим презрением забыть о них, а включает их в себя, не давая им, однако, взять верх над собой». Но происходит это с героем не сразу и дается ему с трудом. Роман охватывает годы перед началом Первой мировой войны.

Только в довоенное время, объяснял Томас Манн, были мыслимы подобные санатории, в которых больные проводили долгие годы, а подчас и всю жизнь. Этого соблазна не избежал и К. Г. Он скоро превратился в «горизонтала», человека лежащего, как лежали здесь в своих шезлонгах все. Тут, однако, у К. Г. появляются учителя Нафта и Сеттембрини, каждый из которых тянет его в свою сторону — к бегству из санатория для активной деятельности во благо цивилизации или к признанию могущества темных инстинктов, болезни, а следовательно, необходимости жестокой власти, которая правила бы человечеством.

Нафта Лео — один из двух наставников Ганса Касторпа в Берггофе. Во втором томе романа — квартирант дамского портного Лукачека, устроивший себе там обитое красным штофом роскошное жилье. «Это был маленький тощий человечек, с бритым лицом… разительного, хотелось бы даже сказать острого, почти едкого безобразия… Все в нем было отточенно-острым: и монументальный крючковатый нос, и тонкое лезвие сжатых губ, и взгляд светло-серых глаз за толстыми стеклами очков…» Его голос звучал как «надтреснутая тарелка, когда по ней стучат костяшками пальцев». Н. Л.— еврей, родившийся где-то на границе Волыни и Галиции, отец его был резником, забивавшим скот по строгим предписаниям Талмуда. Во время погрома гуманистов Элиа Нафту распяли, пригвоздив к дверям собственного дома.

Потрясенный гибелью отца, а к тому же тщеславный сын интересовался марксизмом. Был приближен иезуитами, оценившими его убеждение, что политика и католицизм — понятия, идеологически связанные. Стал членом ордена иезуитов, жил на средства ордена, заболел туберкулезом, преподавал латынь в гимназии для больных туберкулезом детей. Н. Л., второй наставник Ганса Касторпа, высмеивал убеждения Сеттембрини как отжившие, прекраснодушные и не соответствующие реальности.

Говорил о революции, что «орудием любви к человечеству является и гильотина». Полагал, что молодежь отнюдь не жаждет свободы: «В душе она страстно жаждет послушания». Считал необходимым не освобождение личности, а террор. Утверждал, что этот террор должна осуществить церковь ради трансцендентности, перехода к царству Божьему. Одобрял насилие, приветствовал «религиозное рвение пролетариата, не боящегося обагрить руки кровью». Прибавлял к коммунизму определение «христианский». Защищал войну как оздоровление расы. Был уверен, что катастрофа неминуемо наступит. Критиковал здоровье как преклонение перед телом.

Сеттембрини Людовико — еще один наставник Ганса Касторпа — появляется в романе вскоре после приезда Ганса Касторпа на Волшебную гору. С. Л. — один из больных Берггофа, человек между тридцатью и сорока годами, страстный итальянец, умелый говорун с пышными черными усами, одет всегда в один и тот же серый ворсистый сюртук, «смесь потрепанности и изящества», профессиональный литератор. «Вечный оппозиционер» и защитник свободы, С. Л. представляет в романе веру в науку, могущество разума, прогресс. Преклоняется перед завоеваниями Великой французской революции 1789 г. и республиканизмом, в чем наследует свободолюбие своего деда-карбонария, организовывавшего заговоры против Австрийской империи и Священного союза, борец за свободу Италии.

В романе этот человек противостоит деду Ганса Касторпа, гамбургскому патрицию к консерватору. С. Л. презирает болезнь как расслабленность, вседозволенность и унижение человека хот и сам не может ее преодолеть. В смерти видит «распутную силу, чья порочная притягательность очень велика». Ратует за немедленное возвращение Ганса Касторпа «на равнину», к достойной человека трудовой жизни, ибо «самое большее через полгода каждый молодой человек, приезжающий сюда наверх… уже не помышляет больше ни о чем, кроме флирта да градусника».

Дискуссии между защитником старого, теряющего жизнеспособность гуманизма (С. Л.) и сторонником тоталитаризма, террора, гнета, необходимого для управления человеческим стадом (Нафта Лео), были поставлены в романе в бесчисленные соответствия с духовной жизнью Европы трех первых десятилетий XX в. Ганс Касторп все более критически воспринимал рассуждения обоих учителей, хотя, при несомненно большем сочувствии С. Л., находил долю истины у обоих. Оба эрудита оперируют, однако, готовыми формулами человеческой мысли, перестраивают и «употребляют» давно сложившиеся представления и схемы, а не доискиваются, как их скромный, но строптивый ученик, до сути жизни, натуры человека.



1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд (No Ratings Yet)
Loading...

Краткое содержание Волшебная гора (Томас Манн)